Обязательно ли являться в прокуратуру за обвинительным заключением?

Нужно ли обращать внимание суда на недостатки обвинительного акта, или Хватит помогать следствию | ЮРЛІГА

Обязательно ли являться в прокуратуру за обвинительным заключением?

Я всегда задавался вопросом: почему защитники по любой причине цепляются за возможность возврата обвинительного акта прокурору для устранения недостатков?

«Игра в пинг-понг» данным процессуальным документом с органом досудебного расследования является не самым эффективным методом защиты и как показывает практика, не приводит к позитивному разрешению уголовного производства по сути для стороны защиты. Зачастую это работает исключительно в интересах следствия.

Новый уголовный процессуальный Закон регламентирует основные требования к обвинительному акту. Несоблюдение этих требований может послужить основанием для его возврата прокурору для устранения недостатков.

Данное решение может быть принято судом только на стадии подготовительного судебного заседания.

Как показывает практика, даже при наличии оснований суд самостоятельно может и не принять такого решения, если на этом не акцентируют внимание стороны уголовного производства.

Основания возврата обвинительного акта прокурору регламентированы в ст. 291 УК Украины:

– не изложены установленные во время досудебного расследования обстоятельства, которые прокурор считает доказанными;

– не указана юридическая квалификация преступления со ссылкой на статью специальной части Уголовного кодекса Украины;

– нет формулировки обвинения.

Немного истории.

Чаще всего причиной возврата обвинительного акта прокурору является отсутствие в нем формулировки обвинения.

Это связано с тем, что в период, когда новый уголовный процессуальный кодекс Украины (УПК 2012 года) только начал применяться на практике, а на смену обвинительному заключению пришел обвинительный акт, Генеральная прокуратура Украины разработала свой шаблон документа, которым заканчивается досудебное расследование. Именно этот шаблон, или в простонародье КОЗА, и была рекомендована для использования прокуратурам всех уровней при составлении обвинительного акта.

Весь нюанс в том, что ленивые следователи и прокуроры не хотели читать новый процессуальный Закон внимательно и пользовались шаблоном, который не имел в себе места для формулировки обвинения. В результате этого на свет появились такие процессуальные творения, которые привели к возникновению массовой практики возвратов обвинительных актов.

Как оценить действия защитника, который на стадии подготовительного судебного заседания просит вернуть обвинительный акт прокурору по вышеуказанной причине, если такое прошение имело позитивные последствия?

1. С одной стороны, это оттяжка времени для выработки более качественной линии защиты и определенный показатель качества работы адвоката в глазах клиента.

2. С другой стороны, это закрепленное законодательством право органа досудебного расследования на устранение недостатков обвинительного акта и, самое главное, результата досудебного расследования.

Как по мне, это подачка прокурору и следователю, которая явно не идет в плюс защите и лишь дает органу досудебного расследования в законном порядке исправить свои ошибки. Кто-то будет протестовать и говорить об обратном.

Мол чаще всего прокуратура обжалует определения о возврате обвинительных актов даже когда такое решения было принято из-за отсутствия формулировки обвинения, что указывает на то, что орган досудебного расследования не получает никаких выгод от этого.

В свою очередь, я отвечу: не стоит забывать о том, что прокуратора работает не на качество, а на количество, а подача апелляционных и кассационных жалоб на все судебные решения, которые можно обжаловать, почти всегда сводиться к банальной гонке за показателями.

Недостаток обвинительного акта в виде отсутствия в нем формулировки обвинения может сыграть более значительную и полезную роль для стороны защиты, чем просто оттяжка времени. Это возможно, если во время подготовительного заседания не просить о возврате обвинительного акта по указанной причине и запустить его судебное рассмотрение по сути.

Интересный факт: многие судьи, с которыми мне доводилось общаться по долгу своей прошлой работы, придерживаются аналогичного мнения.

В соответствии со ст. 337 УПК Украины, суд первой инстанции отправляет правосудие исключительно в рамках предъявленного обвинения. В свою очередь, обвинение – это утверждение о совершении конкретным лицом уголовного-наказуемого деяния, предъявленное в порядке, предусмотренном Законом.Согласно ч. 4 ст.

110 УПК Украины, обвинительный акт является процессуальным решением, которым прокурор предъявляет обвинение в совершении уголовного правонарушения и которым заканчивается досудебное расследование. Акт должен соответствовать требованиям, предусмотренным ст. 291 УПК Украины.

Формулировка обвинения в обвинительном акте по своей сути и есть то самое обвинение, которое предъявляется лицу. В нем должны быть изложены все необходимые данные, которые подлежат доказыванию в ходе судебного рассмотрения: время, место, способ совершения преступления, мотив и прочее.

В общей массе, исходя из практики Европейского суда, эти данные должны быть конкретными и ясны для обвиняемого. В противном случае, это считается нарушением права на защиту.Именно от формулировки обвинения в обвинительном акте обвиняемый и его адвокат должны отталкиваться при построении линии защиты.

В свою очередь, суд должен рассматривать уголовное производство в рамках данных, которые изложены в формулировке обвинения. При этом, суд может выйти за рамки только когда это улучшает положение обвиняемого.Таким образом, отсутствие в обвинительном акте формулировки обвинения указывает на то, что лицу попросту оно не предъявлено.

Вопрос: «что в таком случае рассматривается в ходе судебного рассмотрения?» Ответ: «обстоятельства, которые прокурор считает доказанными!», но не обвинение – это точно. В тоже время, то, что считает прокурор – это его личные проблемы, поскольку Конституция Украины говорит нам трактовать все сомнения в пользу обвиняемого.

Что делать суду с обвинительным актом, в котором не изложена формулировка обвинения, если уже прошла стадия подготовительного судебного заседания и началось рассмотрение дела по сути?

Я как бывший сотрудник суда отвечу: «Слушать дело и не думать о высоких материях!».

Что делать суду, если адвокат и его клиент выбирает линию защиты непонимания обвинения в связи с его отсутствием?

Учитывая, что обвинительный акт можно вернуть только на стадии подготовительного судебного заседания, такая функция в ходе судебного рассмотрения производства по сути у суда отсутствует.

Даже если такое решение и будет принято судом первой инстанции, то легко будет отменено судом апелляционной инстанции, если его обжаловать. Может, стоит послать дело на дополнительное расследование? Нет. К радости или несчастью адвокатов, такого института уже не существует с приходом нового процессуального кодекса.

Судья, конечно, может пойти по беспределу и вынести обвинительный, поскольку не понимает ситуацию с обвинением. Пусть уже суды выше разбираются.Но правильней всего, как по мне, – оправдать, поскольку принцип состязательности сторон должен работать.

Кто-то скажет, что это позиция, не закрепленная практикой, и лучше признать вину и получить свою 75 УК Украины – испытательный строк, но давайте не забывать классика: «Хорошие юристы следуют практике, а лучшие ее создают».

Юрист практики безопасности бизнеса Juscutum

Роман Горлач

Подготовлено специально для Платформы ЛІГА:ЗАКОН Связаться с редактором

Источник: https://jurliga.ligazakon.net/analitycs/142988_nuzhno-li-obrashchat-vnimanie-suda-na-nedostatki-obvinitelnogo-akta-ili-khvatit-pomogat-sledstviyu

Не надзирал, но утверждаю

Обязательно ли являться в прокуратуру за обвинительным заключением?

Вышестоящий прокурор может поручить нижестоящему надзор за расследованием уголовного дела или поддержание государственного обвинения. Но теперь Верховным судом узаконено поручение по утверждению обвинительного заключения и направлению уголовного дела в суд.

 Действительно, зачем нижестоящему прокурору надзирать за делом (да и вообще знать о его существовании), чтобы утвердить обвинительное заключение? И сколько времени у него будет, если такое поручение поступит от вышестоящего прокурора, например, на десятые сутки с момента поступления дела с обвинительным заключением?

Конечно, для большинства участников уголовного судопроизводства не так важно кем будет утверждено обвинительное заключение. Практика таких поручений, в первую очередь, может служить инструментом разрешения внутренних конфликтов и злоупотреблений внутри надзорного ведомства.

Итак, решение опубликовано в Обзоре судебной практики Верховного суда № 2 от 17.07.2019.

«Из материалов уголовного дела усматривается, что следователь по особо важным делам Главного управления по расследованию особо важных дел, с согласия исполняющего обязанности руководителя Главного управления по расследованию особо важных дел Следственного комитета РФ, направил уголовное дело в отношении Л. с обвинительным заключением заместителю Генерального прокурора РФ. 

В связи с поручением заместителя Генерального прокурора РФ принять предусмотренное законом решение по поступившему от следователя уголовному делу с обвинительным заключением в отношении Л., обвинительное заключение было утверждено заместителем прокурора города Москвы. 

Постановлением Тверского районного суда города Москвы (оставленное судами апелляционной и кассационной инстанций без изменения) уголовное дело в отношении Л., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 294 УК РФ, возвращено прокурору города Москвы для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

Суд мотивировал принятое решение тем, что обвинительное заключение утверждено неправомочным должностным лицом. 

В кассационном представлении заместитель Генерального прокурора РФ просил отменить состоявшиеся судебные решения и направить уголовное дело на новое судебное рассмотрение.

 Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации отменила указанное постановление и последующие судебные решения, а уголовное дело передала на новое судебное рассмотрение в Тверской районный суд г.

Москвы иным составом суда со стадии предварительного слушания. 

Судебная коллегия мотивировала свое решение следующим. 

С учетом положений ст. 129 Конституции Российской Федерации и ст.

4 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации», в соответствии с которыми прокуратура Российской Федерации является единой централизованной системой с подчинением нижестоящих прокуроров вышестоящим и Генеральному прокурору Российской Федерации, поэтому вышестоящий прокурор в пределах своей компетенции вправе поручить нижестоящему прокурору обязанности по утверждению обвинительного заключения и направлению уголовного дела в суд. 

При этом как положения ч. 1 ст. 221 УПК РФ, так и другие нормы уголовно-процессуального закона каких-либо ограничений в данной части не содержат. 
Конституционный Суд РФ в определении от 25 ноября 2010 г.

No1567-О-О указал, что часть первую статьи 221 УПК РФ следует рассматривать с учетом принципа единства и централизации прокуратуры, установленного Конституцией Российской Федерации (статья 129, часть 1) и Федеральным законом от 17 января 1992 года No2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации», в соответствии с которыми прокуратура является единой централизованной системой с подчинением нижестоящих прокуроров вышестоящим (пункт 1 статья 4), прокуроры субъектов Российской Федерации руководят деятельностью прокуратур городов и районов, иных приравненных к ним прокуратур на основе законов, действующих на территории Российской Федерации, и нормативных актов Генерального прокурора Российской Федерации, издают приказы, указания, распоряжения, обязательные для исполнения всеми подчиненными работниками (статья 18). Следовательно, в системе действующего правового регулирования независимо от того, прокурором какого уровня в системе прокуратуры осуществлялся надзор за производством предварительного расследования, на нижестоящих прокуроров могут возлагаться обязанности по реализации предусмотренных законом полномочий, в том числе и по утверждению обвинительного заключения и направлению уголовного дела в суд. 

Таким образом, суд первой, а также суды апелляционной и кассационной инстанций, указав в принятых процессуальных решениях о том, что обвинительное заключение утверждено неправомочным должностным лицом, не учли вышеуказанные положения закона, а также правовую позицию Конституционного Суда РФ». 

Определение № 5-УД19-56

http://www.vsrf.ru/documents/practice/28102/

Источник: https://zakon.ru/Blogs/ne_nadziral_no_utverzhdayu/79285

Краснов: речи об изменениях после реформы разделения следствия и надзора нет

Обязательно ли являться в прокуратуру за обвинительным заключением?

МОСКВА, 21 января. /ТАСС/. Кандидат на должность Генпрокурора РФ Игорь Краснов считает, что речи об изменениях после реформы о разделении следствия и надзора нет.

“Я считаю, что реформа была эффективная, следствие и надзор были разделены. И ни у одного органа нет стольких полномочий – и надзор, и следствие”, – сказал Краснов, отвечая на вопрос зампреда комитета Совета Федерации по конституционному законодательству и госстроительству Елены Мизулиной.

Он отметил, что сейчас могут быть разные позиции Генеральной прокуратуры и Следственного комитета, “но полномочия все регулируются законом”. “Поэтому в настоящее время об изменениях речи, мне кажется, нет. А реформа была эффективной”, – отметил Краснов.

Полномочия в сфере надзора за следствием

По его мнению, у прокуратуры достаточно полномочий в сфере надзора за следствием, а 1% оправдательных приговоров говорит об эффективности следствия и работы прокуратуры.

Сенатор Людмила Нарусова спросила Краснова, как он оценивает “ничтожно малое количество, 1%, оправдательных приговоров и тот факт, что часто судебное решение почти слово в слово, до грамматических оборотов и запятых, повторяет обвинительное заключение”. Она спросила, считает ли он необходимым больший контроль за следствием со стороны прокуратуры.

“Мне кажется, что в настоящее время инструментов Генеральной прокуратуры достаточно в части исполнения функций надзора, – сказал Краснов. – Прокурор на стадии следствия надзирает за расследованием уголовного дела, имеет право знакомиться с материалами дела, участвовать в судебных заседаниях, если следователь представляет ходатайство”.

“Поэтому, мне кажется, эффективно работают и Генеральная прокуратура, и Следственный комитет. Ошибки они всегда бывают, к сожалению. Мы стремимся их исправлять. А то, что вы говорите 1% [оправдательных приговоров], ну, это статистика”, – ответил он.

“Я думаю, статистика соответствует реальной жизни, потому что следователь, расследуя уголовное дело, направляет его прокурору для утверждения обвинительного заключения и, мне кажется, что прокурор может очень эффективно исполнять свои функции, не первый раз увидев уголовное дело, когда ему его направляют для утверждения обвинительного заключения, а в ходе всего предварительного следствия осуществляет функции надзора”, – добавил Краснов.
“Поэтому, может быть, 1% как раз и говорит об этом, что следствие эффективно расследует уголовные дела, а прокурор, соответственно, осуществляет функцию надзора”, – ответил он сенатору. 

Прокурорский надзор

Краснов считает, что прокурорский надзор необходим при вынесении незаконных решений об отказе в возбуждении уголовных дел. Кандидат на должность генпрокурора отметил, что основная проблема приходится именно на районные отделы СК и полиции.

Отвечая на вопрос уполномоченного при президенте России по правам человека Татьяны Москальковой, Краснов заявил, что стадия возбуждения уголовного дела необходима, вместе с тем очень много материалов с отказами.

“И на мой взгляд, при наличии оснований следователь будет всегда возбуждать уголовное дело”, – сказал Краснов, добавив, что разобраться в ситуации зачастую позволит только инструментарий, предоставленный УПК.

“Понятно, что в ходе проведения доследственной проверки можно провести какие-то следственные действия, назначить судебные экспертизы, но тем не менее, в случае оснований следователям [необходимо] принимать решения [о возбуждении уголовных дел], прокурорам необходимо надзирать за действиями следователей именно в районе, откуда эти проблемы могут возникать. Потому что большая часть нарушений возникает на низовой инстанции – это районные отделы, и в органах внутренних дел, там тоже выносятся постановления об отказе в возбуждении уголовных дел и, соответственно, в следственных подразделениях”, – сказал Краснов.

Он добавил, что за этой проблемой надо внимательно следить и принимать меры, в том числе прокурорского реагирования при вынесении незаконного решения.

Работа прокуроров

Кандидат на должность генпрокурора считает, что работа прокуроров должна быть прозрачна для защиты прав граждан.

“Основной принцип прокуратуры – защита прав граждан и законов, которые действуют на территории РФ.

Органы и учреждения прокуратуры должны быть прозрачны, чтобы человек видел, что его обращения рассмотрены неформально, а в случае выявления нарушений восстанавливается законность”, – сказал он.

Он также сообщил о готовности взаимодействовать с адвокатским сообществом. “Мы должны слышать друг друга, хоть у нас и разные процессуальные статусы, и только диалог позволит разобраться в ситуации и защитить права граждан” – сказал Краснов.

Также Краснов заявил, что намерен индивидуально оценивать работу прокуроров регионов.

“В органах прокуратуры много профессиональных кадров работают. Надо посмотреть, кто как работает. С каждым человеком, профессионалом надо индивидуально разбираться, индивидуально подходить. Это кадровая политика”, – сказал он.

Ему задали вопрос о том, “не намерен ли он подбирать на должности прокуроров регионов людей с опытом работы в следствии, так как с прокурорами, которые не работали в следствии, возникают сложные взаимоотношения”.

“В настоящее время в прокуратуре работают люди, которые знают закон, понимают закон и знают, что такое законность. Огульно, на мой взгляд, нельзя так делать то, о чем вы сказали”, – отметил Краснов.

Вместе с тем он напомнил, что раньше были требования закона, согласно которым прокуроров или зампрокуроров районов не назначали без стажа следственной работы. 

Быстрое следствие

Краснов считает, что быстрое расследование уголовных дел позволяет эффективнее защищать права и потерпевших, и обвиняемых. Он отметил, что сроки содержания под стражей – это большая проблема. “Все это понимают – и следователи, и прокуроры.

Поэтому необходимо как можно быстрее расследовать уголовные дела, принимать по ним процессуальные решения, основанные на законе”, – сказал Краснов, отвечая на вопрос уполномоченного при президенте России по правам человека Татьяны Москальковой.

Кроме того, в ходе расследования восстанавливаются права потерпевших, которые также имеют доступ к правосудию. “Они [права] должны соблюдаться, права обвиняемых тоже должны соблюдаться. Поэтому, чем быстрее мы будем направлять уголовные дела в суд, тем эффективнее будет наша работа по защите прав и свобод граждан”, – сказал Краснов.

Кандидат на должность генпрокурора отметил, что бывает и ряд уголовных дел, по которым назначаются длительные экспертизы. “Если человек находится под стражей, необходимо в случае, если эта экспертиза будет и далее проводиться, сроки будут нарушаться, то судом или в порядке надзора будет мера пресечения изменяться”, – сказал он.

Президент РФ Владимир Путин 20 января предложил освободить Юрия Чайку от должности генерального прокурора и внес в Совет Федерации кандидатуру замглавы Следственного комитета Краснова на пост руководителя Генпрокуратуры РФ.

Чайка занимал должность генпрокурора с 2006 года. 44-летний Игорь Краснов в должности заместителя главы Следственного комитета РФ курировал Главное управление по расследованию особо важных дел и Главное следственное управление.

В новость были внесены изменения (14:12мск) — добавлена информация по тексту.

Источник: https://tass.ru/politika/7567919

«Жертве не обязательно ждать нападения на себя, чтобы ответить» Генпрокуратура неожиданно потребовала закрыть дело сестер Хачатурян. Адвокат одной из сестер объяснил «Медузе», что происходит

Обязательно ли являться в прокуратуру за обвинительным заключением?

30 января стало известно, что Генпрокуратура настаивает на переквалификации дела  — с убийства на необходимую оборону. Если это произойдет, уголовное преследование девушек будет прекращено. Сейчас дело сестер находится на доследовании в Следственном комитете. «Медуза» попросила объяснить изменения в деле Алексея Липцера, адвоката одной из сестер Крестины Хачатурян.

— Когда вы узнали о позиции Генпрокуратуры по этому делу?

— Мы узнали о ней на этой неделе в Следственном комитете, когда пришли для проведения следственных действий.

Нам дали на ознакомление постановление заместителя генпрокурора [Виктора] Гриня об отказе в утверждении обвинительного заключения и возврате дела на дополнительное расследование, а также жалобу следователя на это постановление и отказ генпрокурора [Юрия] Чайки в ее удовлетворении.

Дополнительно Чайка указал на необходимость проведения дополнительных следственных действий — в частности, дополнительной психолого-психиатрической экспертизы девушек.

— Что было сказано в постановлении прокуратуры?

— Заместитель генпрокурора Гринь в своем постановлении отметил, что следствием была дана неправильная квалификация действий девушек по , а также усмотрел в их действиях необходимую оборону — и указал на то, что их действия следует расценивать как совершенные в пределах необходимой обороны.

— Чем прокуратура мотивировала такое решение?

— Они ссылались на психолого-психиатрические экспертизы девушек, на экспертизу отца, проведенную посмертно, на показания девушек о насилии [со стороны отца].

В общем, на все материалы дела, а также на постановление Пленума Верховного суда, которое говорит о том, что необходимая оборона может иметь длящийся характер и если жертва ощущает опасность своей жизни и здоровью, то ей не обязательно ждать нападения на себя в определенный момент времени, чтобы ответить.

— Что сейчас СК может сделать с такой позицией прокуратуры?

— Они могут пытаться направить дело в прокуратуру для утверждения обвинительного заключения по ч.

2 статьи 105 повторно, но если Генпрокуратура не согласна с этим — а она не согласна, — то она будет возвращать дело с указанием, что нужно переквалифицировать или прекратить уголовное преследование.

У СК сейчас сложная ситуация, потому что без поддержки прокуратуры они не могут направить дело в суд.

— Речь идет именно о необходимой обороне, а не о превышении самообороны, как писали некоторые СМИ?

— Да. По-хорошему, СК, чтобы исполнить постановление, должен прекращать уголовное преследование.

— В какие сроки СК должен выработать новую позицию?

— При возврате дела следствие продлилось на один месяц — до февраля 2020 года.

Но со слов следователя мы поняли, что они уже направили документы на продление срока следствия — ориентировочно на четыре месяца, но это не подтверждено.

Думаю, что сейчас мы будем ждать проведения экспертизы, получения ее результатов, а потом будем ставить перед ними вопрос о том, чтобы они исполняли постановление в части прекращения уголовного преследования.

— Чисто теоретически прокуратура еще может изменить позицию и поддержать СК? Например, если они в ходе доследования обнаружат новые обстоятельства.

— Теоретически это возможно — если выяснят какие-то новые ключевые обстоятельства дела. Но в данном случае мне не видится перспектив этого, потому что дело полтора года находится на этапе следствия и все, что можно было, уже выяснили. По мнению защиты, дело можно было прекращать еще год назад.

— Как думаете, почему СК сам этого не сделал, а теперь прокуратура вдруг выступила с такой принципиальной позицией?

— Сложно сказать. Для этого надо быть вхожим в какие-то властные структуры, чтобы знать всю подноготную. Но насколько я понимаю, позиция, что дело квалифицировано по ч. 2 статьи 105, — это в том числе позиция высшего руководства СК.

Потому что жалоба следователя на постановление заместителя генпрокурора была поддержана председателем СК [Александром] Бастрыкиным. Ну а прокуратура имеет право не согласиться с этим.

Что послужило причиной принятия такого решения — сложно сказать.

— В жалобе следователя отказал еще Чайка, верно?

— Да, постановление [замгенпрокурора Гриня] было 12 декабря. А 27 декабря — постановление Чайки.

— Не думаете, что со сменой генпрокурора позиция изменится? Все-таки на пост пришел .

— У нас есть опасения на этот счет. Не знаю, как человек, который занимал должность заместителя председателя СК, будет реагировать на ситуацию уже с точки зрения генпрокурора.

— Почему постановление появилось именно в декабре?

— Потому что 2 декабря следствие направило дело в прокуратуру. И у них было 10 суток на принятие решения. 12 декабря они и вынесли постановление о возврате.

— Какие-то события в стране, которые случились в конце 2019 года, могли повлиять на это решение?

— Сложно сказать. Конечно, можно предполагать, что это пытались как-то подстроить по времени. Но потерпевшая сторона затягивала время на ознакомление с материалами дела. Если бы она не затянула, дело бы еще в октябре отправили в Генпрокуратуру. Поэтому думаю, что вряд ли здесь замешаны какие-то внешние обстоятельства. Просто так сложилось.

— Как девушки отреагировали на такое решение прокуратуры?

— Как и мы — с осторожным оптимизмом. Мы рады, что Генпрокуратура поддержала нас, но все-таки это еще не прекращение уголовного преследования. Мы ждем попыток СК как-то выйти из этой ситуации. Все-таки не просто так они полтора года расследовали дело по этой статье.

— Не знаю, насколько вы можете об этом говорить, но как вообще сейчас устроена жизнь девушек?

— Как и последний год — живут в разных квартирах. Друг с другом не общаются из-за решения суда о запрете определенных действий. Могут общаться только с людьми, которые не являются участниками процесса. Также есть запрет на использование интернета и общение со СМИ. В целом девушки ждут, чем все это закончится.

— Дело уже идет продолжительное время. Кто-то помогает им материально?

— Да, помогают родственники и сочувствующие им люди.

— Помимо митингов в поддержку сестер, проходили и малочисленные акции против них. Кажется, были даже угрозы в их адрес. Какова ситуация сейчас?

— Спокойная. Давно уже не слышал об акциях против сестер. Насколько мне известно, такие акции были спланированы потерпевшей стороной — то есть родственниками погибшего — в ответ на акции в поддержку девушек. Но это было разово. Никаких угроз тоже не поступает.

— А митинги в поддержку сестер могли повлиять на позицию прокуратуры?

— Думаю, это могло сыграть определенную роль, но не в принятии решения, а в более внимательном и тщательном отношении к проверке его обстоятельств.

В Генпрокуратуре все опытные люди, и, естественно, они не будут просто так вставать на сторону людей, которые на улице чего-то просят. Но, вероятно, это повлияло косвенно.

Мы зачастую сталкиваемся с ситуацией, когда адвокатов никто не слушает, а здесь к нашей позиции отнеслись очень внимательно.

— Такая позиция прокуратуры может стать прецедентом для других дел о домашнем насилии и самообороне?

— Думаю, что может стать прецедентом в том плане, что к таким делам будут внимательнее относиться и смотреть на них с точки зрения применения статьи о необходимой обороне. Может быть, тут практика сдвинется. Но каждое дело индивидуально, и подход к каждому делу должен зависеть от его обстоятельств.

— Еще одна параллельная история — обсуждение закона о домашнем насилии. Это могло как-то повлиять на позицию прокуратуры?

— Опять же только с точки зрения большего внимания к делу. Это все-таки параллельные вещи, так как Генпрокуратура смотрит на то, что есть в деле: какие доказательства и так далее. Не может быть такого, что сестер Хачатурян нужно оправдать, так как у нас рассматривается закон о домашнем насилии.

— Вам не кажется, что позиция прокуратуры — это политическое решение?

— Хочется верить, что в Генпрокуратуре разобрались в деле. Хочется верить, что там работают грамотные люди и они видят, что там нет 105-й статьи. Не хотелось бы думать, что это политическое решение. Да и для кого выгодно такое решение по этому делу? Я не вижу таких людей.

— Если отбросить все внешние обстоятельства и смотреть на дело только с юридической точки зрения, то сейчас самым вероятным исходом является его прекращение?

— Да, так как следствие не может передать дело в суд для рассмотрения по существу без поддержки прокуратуры. У них два варианта: пытаться переубедить прокуратуру — но непонятно, как они будут это делать, — или прислушаться и прекратить уголовное преследование.

Источник: https://meduza.io/feature/2020/01/31/zhertve-ne-obyazatelno-zhdat-napadeniya-na-sebya-chtoby-otvetit

Что надо иметь в виду при общении с прокуратурой

Обязательно ли являться в прокуратуру за обвинительным заключением?

 Проведение уголовного производства установлено уголовно-процессуальным кодексом.

 Уголовное производство возбуждается и проводится именем Эстонской Республики. При выявлении обстоятельств преступления следственное учреждение и прокуратура обязаны произвести уголовное производство.

Языком уголовного производства является эстонский язык. Участнику процесса, не владеющему эстонским языком, обеспечивается помощь переводчика.

 Если Вы являетесь подозреваемым

Подозреваемым является лицо, задержанное в качестве подозреваемого, или же лицо, в отношении которого имеется достаточное основание подозревать его в совершении преступления и который подвергнут процессуальному действию. 

Юридическое лицо, являющееся подозреваемым или обвиняемым, участвует в уголовном производстве через члена своего правления или заменяющего его органа, который имеет все права и обязанности подозреваемого или обвиняемого, в том числе давать показания от имени юридического лица.

Вы вправе:

знать, в чем Вы подозреваетесь, давать показания по поводу имеющегося подозрения или отказаться от дачи показаний;

быть уведомлен о том, что Ваши показания могут быть использованы как свидетельство против Вас;

пользоваться помощью защитника;

иметь свидания с защитником наедине;

быть допрошен в присутствии защитника, участвовать в очных ставках, в проверке показаний на месте и предъявлении для опознания;

участвовать при рассмотрении в суде ходатайства о заключении под стражу;

представлять доказательства;

заявлять ходатайства и приносить жалобы;

знакомиться с протоколами процессуальных действий и делать подлежащие занесению в протокол заявления в отношении условий, хода и результатов, а также содержания протоколов процессуальных действий;

давать согласие на применение согласительного производства, участвовать в переговорах в порядке согласительного производства, вносить предложения о виде и мере подлежащего применению наказания, а также заключать или не заключать соглашение о применении согласительного производства.

Вы обязаны: 

являться по вызову следственного органа, прокуратуры или суда;

участвовать в процессуальных действиях и подчиняться распоряжениям следственного органа, прокуратуры и суда.

Если вы подозреваетесь или обвиняетесь в преступлении.pdf

Если Вы являетесь обвиняемым:

Обвиняемый является лицом, в отношении которого прокуратура составила обвинительный акт, или которому предъявлен обвинительный акт в ускоренном производстве или же лицо, с которым заключено в согласительном производстве соглашение.

Обвиняемый, в отношении которого имеется вступивший в силу обвинительный приговор, является осужденным.

Обвиняемый, в отношении которого имеется оправдательный приговор, является оправданным.

Вы имеете права и обязанности подозреваемого.

Вы вправе ознакомиться через защитника с уголовным делом и участвовать в судебном разбирательстве.

 Если Вы являетесь потерпевшим.

Потерпевший – это лицо, которому преступлением или противоправным деянием непосредственно причинен физический, имущественный или моральный ущерб.

Вы вправе:

оспаривать отказ от возбуждения уголовного производства или его прекращение;

предъявлять гражданский иск, который не облагается государственной пошлиной,  через следственный орган или прокуратуру не позднее предусмотренного уголовным производством срока;

давать показания или отказаться от дачи показаний;

представлять доказательства;

заявлять ходатайства и приносить жалобы;

знакомиться с протоколом процессуального действия и делать подлежащие занесению в протокол заявления по поводу условий, хода и результатов, а также содержания протокола процессуального действия;

знакомиться с материалами уголовного дела в установленном законом порядке;

участвовать в судебном разбирательстве;

давать согласие или отказывать в даче согласия на применение согласительного производства, высказывать свое мнение по поводу обвинения и наказания, а также указанного в обвинении размера ущерба и гражданского иска;

давать согласие на применение временного запрета на приближение и ходатайствовать о применении запрета на приближение;

Вы обязаны:

являться по вызову следственного органа, прокуратуры или суда;

участвовать в процессуальных действиях и подчиняться распоряжениям следственного органа, прокуратуры и суда.

Если Вы являетесь потерпевшим в преступлении.pdf

Помощь жертвам

Если Вы являетесь свидетелем.

Свидетель – это человек, который может знать о существенных обстоятельствах уголовного дела.  Свидетель обязан давать показания, если для отказа от дачи показаний отсутствует законное на то основание. Вы вправе отказаться от дачи показаний в отношении своего супруга (своей супруги) и близких родственников, а также в случае, если показания обвиняют Вас самого.

Возмещение расходов участников процесса

Если Вы являетесь потерпевшим, свидетелем или иным предусмотренным законом участником процесса, Ваши расходы будут возмещены согласно порядку выплат и возмещения расходов участникам уголовного производства, производства по проступкам, гражданского производства и производства по административным делам.

 Ограничения обнародования данных уголовного производства

 Данные досудебного производства могут быть обнародованы лишь с разрешения прокуратуры и в объеме, определенном прокуратурой. 

Если запрет на разглашение данных досудебного производства будет нарушен, судья предварительного следствия может по ходатайству прокуратуры оштрафовать участника процесса, участвующего в уголовном производстве иного лица или же оштрафовать лицо вне процесса на основании судебного постановления. Подозреваемого и обвиняемого не штрафуют.

Источник: https://www.prokuratuur.ee/ru/polezno-znat/chto-nado-imet-v-vidu-pri-obshchenii-s-prokuraturoy

О полномочиях прокурора на заключительном этапе предварительного следствия

Обязательно ли являться в прокуратуру за обвинительным заключением?

Белобородова Е. С. О полномочиях прокурора на заключительном этапе предварительного следствия // Новый юридический вестник. — 2018. — №3. — С. 39-44. — URL https://moluch.ru/th/9/archive/91/3299/ (дата обращения: 04.02.2020).



В статье раскрываются цели и задачи процессуальной деятельности прокурора на заключительном этапе предварительного следствия, а также проблемы, связанные с ограничением этих полномочий в связи с принятием Федерального закона от 5 июня 2007 г.

№ 87-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и Федеральный закон «О прокуратуре Российской Федерации».

Формулируется необходимость восстановления полномочий прокурора при рассмотрении уголовного дела и утверждении обвинительного заключения.

Ключевые слова: предварительное следствие, заключительная стадия; рассмотрение уголовного дела, полномочия прокурора, обвинительное заключение.

Предварительное следствие — это одна из двух форм предварительного расследования преступлений (наряду с дознанием), которая обязательно производится по подавляющему большинству преступлений.

В соответствии с частью 2 ст.

162 УПК РФ в срок предварительного следствия включается время со дня возбуждения уголовного дела и до дня его направления прокурору с обвинительным заключением или постановлением о передаче уголовного дела в суд для рассмотрения вопроса о применении принудительных мер медицинского характера либо до дня вынесения постановления о прекращении производства по уголовному делу.

Исходя из указанной выше нормы можно сделать вывод о том, что процессуальная деятельность прокурора по уголовному делу, поступившему с обвинительным заключением, имеет место уже после окончания предварительного следствия. Мнения ученых о месте процессуальной деятельности прокурора по рассмотрению итогового документа предварительного расследования в уголовном процессе неоднозначны.

Наряду с предложениями ряда ученых о целесообразности выделения такой деятельности прокурора в самостоятельную стадию досудебного производства, включения в стадию назначения судебного заседания, многие авторы, в частности, С. И. Голова, Э.

Н. Алимамедов, Ю. В. Буров, Д. В. Лящев процессуальную деятельность прокурора по рассмотрению поступившего уголовного дела и направлению его в суд относят к этапу окончания предварительного расследования [1, с.147; 2; 3, с. 60; 4, с.10].

Предварительное следствие завершается принятием следователем процессуального документа в виде обвинительного заключения. Материалы уголовного дела с подписанным следователем обвинительным заключением с согласия руководителя следственного органа направляются прокурору (ч.6 ст.220 УПК РФ).

На основе изучения всех материалов поступившего к нему с обвинительным заключением дела прокурор делает выводы о законности и обоснованности решения следователя о признании следствия законченным, соблюдении требований закона при составлении итогового документа предварительного расследования, полноте и всесторонности проведенного расследования, правильности квалификации действий обвиняемого, соответствии предъявленного обвинения материалам дела, а доказательств — требованиям относимости, допустимости, достоверности и достаточности для обоснования выводов следователя. Кроме того, прокурор убеждается в соблюдении прав обвиняемого, потерпевшего, гражданского истца и гражданского ответчика при ознакомлении с материалами дела.

Утверждая обвинительное заключение, прокурор принимает на себя ответственность за обоснованность предъявленного обвинения, после чего документ приобретает силу юридического акта обвинительной власти.

Кстати сказать, единственная в Уголовно-процессуальном кодексе статья (ст.221), посвященная действиям прокурора при поступлении к нему уголовного дела с обвинительным заключением, не содержит вопросов, ориентирующих его на принятие обоснованного и взвешенного процессуального решения.

В связи с чем, невозможно не согласиться с доводом О. Я. Баева, что «…если бы ст.

221 УПК четко определяла круг вопросов, которые должен проверить прокурор при изучении обвинительного заключения, это сделало бы для него принятие решения о возбуждении государственного обвинения более целеустремленным, а потому и более качественным».

Для сравнения О. Я. Баев обращается к УПК РСФСР 1960 г., в котором действиям прокурора при рассмотрении им уголовного дела, были посвящены четыре статьи (ст. 213–216) [5, с. 297–298].

И в ст. 213 содержался достаточно подробный перечень вопросов, подлежащих разрешению прокурором по делу, поступившему с обвинительным заключением:

1) имело ли место деяние, вменяемое обвиняемому, и имеется ли в этом деянии состав преступления;

2) нет ли в деле обстоятельств, влекущих прекращение дела;

3) произведено ли дознание или предварительное следствие всесторонне, полно и объективно;

4) обосновано ли предъявленное обвинение имеющимися в деле доказательствами;

5) предъявлено ли обвинение по всем установленным дознанием или предварительным следствием преступным деяниям обвиняемого;

6) привлечены ли в качестве обвиняемых все лица, которые изобличены в совершении преступления;

7) правильно ли квалифицировано преступление;

8) правильно ли избрана мера пресечения;

9) приняты ли меры обеспечения гражданского иска и возможной конфискации имущества;

10) выявлены ли причины и условия, способствовавшие совершению преступления, и приняты ли меры к их устранению;

11) составлено ли обвинительное заключение в соответствии с требованиями настоящего Кодекса;

12) соблюдены ли органами дознания или предварительного следствия все иные требования настоящего Кодекса.

Неоправданным считает отказ от данной нормы в новом УПК РФ и Т. Ю. Цапаева [6, с.100–101], а А. А. Терёхин, проведя анкетирование работников органов прокуратуры, судей, следователей и дознавателей, выяснил, что идею о включении вышеуказанной правовой нормы в УПК РФ поддерживают 70,6 % опрошенных [7, с.66].

Полномочия прокурора в досудебной стадии уголовного судопроизводства существенно изменил Федеральный закон от 5 июня 2007 г. № 87-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и Федеральный закон «О прокуратуре Российской Федерации», по сути своей, отстранивший прокурора от участия в предварительном следствии по уголовным делам.

Законодатель лишил прокурора права возбуждать и давать согласие на возбуждение уголовного дела, участвовать в производстве предварительного расследования, в том числе лично производить отдельные следственные и иные процессуальные действия, отстранять следователя от дальнейшего производства расследования, продлевать срок предварительного следствия, приостанавливать или прекращать производство по уголовному делу, давать согласие следователю на возбуждение перед судом ходатайства об избрании, отмене или изменении меры пресечения.

Источник: https://moluch.ru/th/9/archive/91/3299/

Адвокат Сорокин
Добавить комментарий