По какой статья УК можно квалифицировать данное деяние?

Вс рф готовит новые разъяснения об особенностях рассмотрения дел о мошенничестве

По какой статья УК можно квалифицировать данное деяние?

Почти 10 лет прошло с момента принятия Верховным Судом Российской Федерации постановления о судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате (Постановление Пленума ВС РФ от 27 декабря 2007 г. № 51; далее – Постановление № 51).

За это время нормы Уголовного кодекса о мошенничестве претерпели значительные изменения.

В 2012 году была введена дифференцированная ответственность за мошенничество – теперь на квалификацию деяния влияет то, в какой сфере экономической деятельности совершено посягательство на чужое имущество (УК РФ был дополнен ст. 159.1-159.6). Впоследствии одна из этих статей – ст. 159.

4 УК РФ – была признана неконституционной в части, позволяющей отнести мошенничество в сфере предпринимательской деятельности в особо крупном размере к преступлениям средней тяжести, и, поскольку указания КС РФ по внесению в нее поправок не были исполнены, утратила силу с 11 июля 2015 года.

Тем не менее в прошлом году мошенничество в сфере предпринимательской деятельности снова было выделено в специальный состав мошенничества (ч. 5-7 ст. 159 УК РФ). Кроме того, была введена ответственность за мелкое хищение, совершенное подвергнутым административному наказанию лицом (ст. 158.1 УК РФ).

Дополнение кодекса указанными статьями, а также использование мошенниками не известных ранее способов противоправного завладения чужим имуществом или правом на него, появившихся в условиях развития информационных технологий, и обусловило необходимость актуализации разъяснений Суда, отметила судья ВС РФ Татьяна Хомицкая, представлявшая проект нового постановления о судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате (далее – проект постановления; текст документа имеется в распоряжении портала ГАРАНТ.РУ) на вчерашнем заседании Пленума ВС РФ.

Нельзя не отметить, что многие положения Постановления № 51 общего характера, например о том, какие действия могут расцениваться как обман или злоупотребление доверием потерпевшего, какие факты свидетельствуют о наличии умысла, направленного на хищение чужого имущества или приобретение права на него, чем отличается мошенничество от причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием (ст. 165 УК РФ), какие обстоятельства устанавливаются судом при квалификации деяния как присвоения или растраты (ст. 160 УК РФ) и др., предполагается перенести в новое постановление.

Среди новых разъяснений, предлагаемых проектом постановления, стоит обратить особое внимание на следующие.

Хищение безналичных денежных средств.

Планируется прямо указать, что завладение чужими безналичными, в том числе электронными, денежными средствами должно рассматриваться именно как хищение чужого имущества, а не приобретение права на него, что соответствует положениям гражданского законодательства, согласно которым безналичные денежные средства относятся к имуществу (ст. 128 ГК РФ).

С массивом судебных решений по делам о мошенничестве можно ознакомиться в Энциклопедии судебной практикиинтернет-версии системы ГАРАНТ. Получите бесплатный доступ на 3 дня!

Получить доступ

Кроме того, в связи со спецификой данного предмета хищения предполагается уточнить, как определяется момент окончания преступления и место его совершения.

В сложившейся судебной практике мошенничество признается оконченным с того момента, когда имущество поступило в незаконное владение виновного лица, и это лицо получило реальную возможность пользоваться или распоряжаться им.

По аналогии предлагается считать хищение денежных средств оконченным с момента зачисления их на счет (банковский, оператора электронных денежных средств, оператора мобильной связи), который прямо или косвенно контролируется совершившим деяние лицом или тем лицом, в пользу которого совершено преступление.

Однако некоторые разработчики проекта считают, что возможность распорядиться похищенными средствами у виновного лица возникает раньше: с момента списания денег с банковского счета владельца или уменьшения остатка электронных денежных средств, учитываемых без открытия банковского счета.

По их мнению, с этого момента и следует считать преступление оконченным, поскольку на практике не всегда можно установить, куда именно перечисляются списанные мошенниками деньги, а ущерб владельцу причиняет сам факт изъятия их с его счета. Какой из вариантов будет закреплен в итоговом тексте разъяснений, предстоит определить редакционной комиссии, созданной для доработки проекта постановления.

Два варианта разъяснений предложено и по вопросу определения места совершения хищения безналичных денежных средств (оно учитывается при определении территориальной подсудности уголовного дела).

Им будет считаться либо место фактического нахождения виновного лица в момент совершения деяния, либо место нахождения банка, в котором открыт счет владельца, или иной организации, ведущей учет его электронных денежных средств.

Мошенничество, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности (ч. 5-7 ст. 159 УК РФ).

ВС РФ планирует напомнить судам, что к уголовной ответственности по указанной статье может быть привлечен только ИП или член органа управления коммерческой организации в случае умышленного причинения значительного ущерба (не менее 10 тыс. руб.) контрагенту-предпринимателю.

Как подчеркнула Татьяна Хомицкая, суды не должны, с одной стороны, квалифицировать данные деяния как обычное мошенничество, а с другой – назначать уголовное наказание в случаях, когда обязательства нарушаются не потому, что предприниматель изначально не собирался их исполнять, а из-за отсутствия возможности их исполнения в связи со сложным финансовым положением. Кроме того, в итоговый текст проекта постановления могут быть включены разъяснения об условиях освобождения предпринимателей от ответственности за мошенничество в силу малозначительности деяния (ч. 2 ст. 14 УК РФ), сообщила судья ВС РФ.

Мошенничество в сфере кредитования (ст. 159.1 УК РФ).

Проектом постановления предлагается уточнить, что по данной статье квалифицируется представление заемщиком кредитору заведомо ложных или недостоверных сведений, например о месте работы, величине доходов, непогашенной задолженности и др.

, с целью получения кредита, который он заведомо не собирается возвращать. Если же для получения кредита используется чужой паспорт или документы несуществующего физического или юридического лица, данное деяние квалифицируется как простое мошенничество (ст.

159 УК РФ, напомним, предусматривает более суровое наказание, чем ст. 159.1 УК РФ). Также данная специальная статья не может применяться в случаях мошенничества по договорам займа между гражданами и договорам микрозайма, считает ВС РФ.

Мошенничество при получении выплат (ст. 159.2 УК РФ). Планируется, в частности, разъяснить, незаконное получение каких именно социальных пособий, субсидий и компенсаций регулируется данной статьей, а каких – ст. 159 УК РФ.

К первым относятся, например, пособие по безработице, средства материнского капитала, субсидия на приобретение жилья, а ко вторым – субсидии на поддержку предпринимательства, стипендии и гранты и др. Также уточняется, что к ответственности по ст. 159.

2 УК РФ привлекаются как лица, не обладающие правом на получение соответствующих выплат, так и те, кто имеет это право, но представляет недостоверные данные – для увеличения размера пособия, к примеру.

Мошенничество с использованием платежных карт путем обмана уполномоченного работника кредитной, торговой или иной организации (ст. 159.3 УК РФ). Согласно позиции ВС РФ, отраженной в п.

13 Постановления № 51, не является мошенничеством снятие денег с чужой карты без уполномоченного сотрудника кредитной организации (то есть в банкомате) – это деяние квалифицируется как кража (ст. 158 УК РФ).

Проектом постановления предлагается дополнить данное разъяснение, указав, что кражей, а не мошенничеством, является и хищение безналичных денежных средств путем использования конфиденциальной информации держателя карты, например ввода корректного логина и пароля в платежных сервисах.

Мошенничество в сфере страхования (ст. 159.5 УК РФ).

В положении проекта постановления, посвященном этой статье, приведены примеры действий, которые могут расцениваться как обман относительно наступления страхового случая или размера страхового возмещения, и лиц, которые могут привлекаться к ответственности за данное преступление.

К ним отнесены страхователь, застрахованное лицо, иной выгодоприобретатель, а также вступивший в сговор со страхователем представитель страховщика или эксперт. Стоит отметить, что данный перечень субъектов не является закрытым.

Мошенничество в сфере компьютерной информации (ст. 159.6 УК РФ).

В отличие от всех остальных видов мошенничества, которые совершаются путем обмана или злоупотребления доверием владельца имущества, способом хищения при мошенничестве в сфере компьютерной информации является вмешательство в функционирование средств хранения, обработки или передачи компьютерной информации или информационно-коммуникационных сетей, отмечает ВС РФ. Под таким вмешательством понимаются в том числе так называемые компьютерные атаки – воздействие программ или программно-аппаратных средств на серверы, компьютеры, смартфоны.

В случаях, когда хищение совершено не с помощью незаконного воздействия на программное обеспечение, а путем использования данных собственника денежных средств для авторизации в системе интернет-платежей, например, имеет место не мошенничество, а кража, полагает Суд. Если же в целях завладения чужим имуществом или правом на него создается поддельный сайт благотворительного фонда, интернет-магазина и т. д. или адрес электронной почты, виновное лицо должно привлекаться к ответственности за простое мошенничество.

Существенно ли будет отличаться итоговый текст нового постановления от рассмотренного проекта, портал ГАРАНТ.РУ расскажет после его принятия Пленумом ВС РФ.  

Источник: http://www.garant.ru/news/1148691/

И вновь к вопросу о малозначительности деяния в ук

По какой статья УК можно квалифицировать данное деяние?

Вопрос о понятии, сущности и критериях выделения малозначительного деяния уже довольно долго становится объектом дискуссий видных ученых в сфере уголовного права, однако есть некоторые нюансы, которые упоминаются совсем вскользь, либо совсем не упоминаются авторами при рассмотрении данного вопроса, хотя на наш взгляд, они являются основными для уяснения сущности института.
Сразу отметим, что в данной статье мы не будем подробно останавливаться на извечных вопросах о понятии состава преступления, однако следует подчеркнуть, что нам ближе позиция понимания состава как законодательной модели.

Ч. 2 ст. 14 УК РФ закрепляет понятие малозначительного деяния: «не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного УК РФ, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности».

Таким образом, в доктрине выделяются три основных критерия, по которым можно определить малозначительное деяние:1) Деяние должно содержать признаки какого-либо преступного деяния, предусмотренного УК.

2) Деяние должно быть совершено с прямым, конкретизированным умыслом (то есть направленность умысла должна состоять в желании субъекта совершить именно такое малозначительное деяние).3) В деянии отсутствует общественная опасность.

Критика указанных положений состоит в том, что указанные признаки носят неточный, обобщающий характер: не поддаются формализации ввиду их ситуативной вариативности; при применении указанных признаков, очень многое будет зависеть от мнения судьи. 

В. Мальцев [В. Мальцев Малозначительность деяния в уголовном праве // URL: https://www.lawmix.ru/comm/7739]  выделяет два возможных случая малозначительности: 1) кража карандаша/спичичного коробка и т. д.

(общественная опасность отсутствует полностью), 2) общественная опасность есть, но она не превышает уровня гражданского или административного проступка. Примерно в таком же ключе мыслит довольно значительное количество ученых и практикующих юристов.Однако на наш взгляд, такая позиция является ошибочной. В. Н.

Винокуров  [В. Н. Винокуров Малозначительность деяния в уголовной праве: признаки и формы // URL: www.consultant.

ru] правильно отмечает, что рассматривая малозначительность, следует учитывать два вида деяний: 1) за деяние может быть предусмотрена как административно-правовая, так и уголовно-правовая ответственность (например, кража и мелкое хищение), 2) за деяние предусмотрена только уголовная ответственность, а никакого дополнительного буфера в виде административной ответственности нет. Ученый предлагает использовать институт малозначительности только по отношению ко второму случаю.

На наш взгляд, позиция В. Н. Винокурова в целом более соответствует пониманию института малозначительности, однако ее следует развить и более детально проработать.

Для полного понимания проблемы следует обратиться к вопросу о соотношении понятий «состав преступления» и «общественная опасность». Данный вопрос отлично описан в статье Иванчина А. В [Иванчин А.В.

Соотношение состава преступления, преступления и малозначительного деяния // Противодействие преступности: уголовно- правовые, криминологические и уголовно-исполнительные аспекты : матер. III Российского Конгресса уголовного права (29-30 мая 2008 г.). – М. : Проспект, 2008. – С. 39-42].

В целом существует две основные точки зрения на соотношение данных понятий.Первая из них включает в состав преступления общественную опасность, распространяя ее по элементам состава (опасный способ – объективная сторона, корыстные побуждения – субъективная сторона и т. п.).

Вторая точка зрения, правильность которой обосновано доказывает Иванчин А. В.

, говорит о том, что состав преступления — это олицетворение признака противоправности, в то время как общественная опасность вынесена за рамки состава. То есть установление признаков состава преступления дает нам лишь предположение о наличии в деянии общественной опасности, однако это предположение опровержимо как раз в свете ч. 2 ст.

14 УК РФ, которая под угрозой признания деяния малозначительным требует наличия в деянии общественной опасности. Таким образом, для привлечения лица к уголовной ответственности его деяние должно содержать все признаки состава преступления и общественную опасность.

В связи с определением соотношения понятий «состав преступления» и «общественная опасность», можно перейти к основному вопросу: можно ли считать кражу карандаша, тетради, спичек и т. п. малозначительным деянием? Ответом на это вопрос должно быть однозначное и категорическое нет.

Малозначительное деяние должно содержать признаки какого-либо деяния, предусмотренного УК.

Учитывая то, что деяние будет считать преступлением если в нем содержатся все признаки состава преступления и присутствует общественная опасность, в малозначительном деянии должны присутствовать только признаки состава преступления, в то время как общественная опасность должна отсутствовать.

То есть в малозначительном деянии есть признаки состава преступления, которые теоретически будут являться основанием для привлечения лица к уголовной ответственности.
Рассмотрим пример с кражей карандаша. Согласно ч. 1 ст.

158, кража — это тайное хищение чужого имущества, то есть кража карандаша вроде как подходит под признаки состава указанной статьи, однако у нас есть норма КоАПа о мелком хищении — 7.27, в которой сказано, что «мелкое хищение чужого имущества, стоимость которого не превышает одну тысячу рублей… или две с половиной тысячи…

» наказывается административной ответственностью, а не уголовной, отсюда можно сделать вывод о том, что чтобы лицо подлежало уголовной ответственности по ч. 1 ст.

158 УК РФ, оно должно совершить кражу, превышающую стоимость имущества в 2500 рублей или совершить квалифицированные составы кражи, если же лицо совершит кражу на меньшую сумму, оно уголовной ответственности не понесет по принципу Ultima ratio. То есть в его деянии будет отсутствовать такой признак состава, как объективная сторона.

 А вот грабеж карандаша может быть признан малозначительным, так как декриминализации этого деяния нет, состав преступления будет присутствовать, а общественная опасность может отсутствовать.Таким образом, законодатель сам вынес путем декриминализации малозначительное деяние — кражу карандаша — в разряд вообще непреступных.

В данном случае кража карандаша не будет являться малозначительным деянием, так как в краже карандаша отсутствует сам по себе состав преступления, а не только общественная опасность, поэтому признавать подобные деяние малозначительными — это значит нарушать ч. 2 ст. 14, в которой обязательным признаком малозначительного деяния должно быть совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления.

Также наши доводы подтверждаются самой сущностью малозначительности. Признавать деяние малозначительным или нет решает только лицо, ведущее производство по делу, тогда как в вопросе о краже карандаша лицо, ведущее производство по делу вообще не сможет привлечь обвиняемого к уголовной ответственности.

Выводы:1. Малозначительное деяние должно содержать все признаки состава преступления и при этом в деянии должна отсутствовать общественная опасность.2.

Декриминализация и перевод некоторых деяний УК РФ в КоАП снимает вопрос об их малозначительности, так как совершение таких деяний априори становится непреступным.

3.

В связи со всем сказанным, считаем неправильными формулировки лиц, ведущих производства по делу, о прекращении дела в связи с отсутствием состава преступления, так как отсутствует не состав преступления, а общественная опасность по ч. 2 ст. 14 УК РФ.

Источник: https://zakon.ru/Blogs/i_vnov_k_voprosu_o_maloznachitelnosti_deyaniya_v_uk/56269

Проблемы привлечения к уголовной ответственности за жестокое обращение с животными

По какой статья УК можно квалифицировать данное деяние?


В целях привлечения внимания общества к вопросам экологического развития Российской Федерации, сохранения биологического разнообразия и обеспечения экологической безопасности 5 января 2016 года подписан и вступил в силу Указ Президента Российской Федерации № 7 «О проведении в Российской Федерации Года экологии».

В ежегодном Послании Президента Российской Федерации к Федеральному Собранию, которое состоялось 01 декабря 2016 года, 2017 год объявлен Годом экологии.

На заседании Госсовета в Кремле от 27 декабря 2016 года были обсуждены вопросы защиты природы, пристальное внимание уделено теме — защита животных от жестокого обращения.

Исторически первые законодательные документы, защищающие права животных от жестокости, появились в Европе в начале XIX столетия. Первый закон был принят в Великобритании в 1822 г.

Вскоре после этого закон относительно защиты животных был принят и в других европейских странах; с 1833 до 1840 гг. такие законы были приняты Германией и Швейцарией, в скандинавских странах, в США намного позже — только в 1930 г.

Под влиянием Великобритании закон относительно защиты животных был принят в таких англоязычных странах как Канада, ЮАР, Австралия. В XX столетии вопрос о защите животных от жестокого обращения поставлен на международный уровень.

В частности, принято европейское соглашение по защите домашних животных (13 ноября 1987 г.), которое признает моральную обязанность человека перед животными [1 c. 50].

В последнее время в Хабаровском крае, Свердловской и Новосибирской областях, а также в других субъектах Российской Федерации участились случаи жестокого обращения с животными. Поэтому одним из актуальных вопросов является совершенствование законодательства России в части правового регулирования и привлечения к ответственности за совершение такого рода преступлений.

Статьей 245 Уголовного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что жестокое обращение с животными, повлекшее их гибель или увечье, если это деяние совершено из хулиганских побуждений, или корыстных побуждений, или с применением садистских методов, или в присутствии малолетних, — наказывается штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы, или иного дохода осужденного за период до шести месяцев, либо обязательными работами на срок до трехсот шестидесяти часов, либо исправительными работами на срок до одного года, либо ограничением свободы на срок до одного года, либо арестом на срок до шести месяцев [2].

Проанализировав эту статью, мы видим, что законодатель определяет общественную опасность данного преступления в негуманном обращении с животными.

Деяние относится к категории преступлений небольшой тяжести.

Объектом преступления является общественная нравственность и отношения в области содержания животных.

Предмет преступления — домашние и дикие животные. Под животными понимаются высшие позвоночные, т. е. млекопитающие и птицы, находящиеся в естественной природной среде либо содержащиеся человеком. Не относятся к предмету преступления по смыслу данной статьи рыбы, земноводные, пресмыкающиеся, беспозвоночные.

Объективная сторона преступления выражается в жестоком обращении с животными, повлекшее их гибель или увечье, если это деяние совершено из хулиганских побуждений, или корыстных побуждений, или с применением садистских методов, или в присутствии малолетних [3 c.487].

По мнению юристов, под жестоким обращением понимается причинение боли, физических страданий в результате систематического избиения животного, оставления его без пищи и воды на длительное время, использования для ненаучных опытов, причинения неоправданных страданий при научных опытах, мучительного способа умерщвления, использования в различных схватках, натравливания их друг на друга, охоты негуманными способами и т. п.

Садистские методы — мучительные способы обращения с животными, причиняющие им особые страдания (мучительное умерщвление или членовредительство, пытки, сожжение живым, удушение, истязание и т. п.). Последствия таких действий — увечье или гибель (смерть) животных.

Однозначного понятия «увечье» не существует. Словарь синонимов русского языка определяет увечье как нанесение ран, калечение [4]. Определяется понятие «увечье» и как «вид тяжкого телесного повреждения».

Исходя из приведенных определений, к увечью следует отнести: телесные повреждения, раны, утрату органом его функций.

Поэтому действия, повлекшие только расстройство здоровья без наличия указанных признаков, не образуют рассматриваемого состава преступления.

Преступление относится к преступлениям с материальным составом и считается оконченным с момента наступления последствий в виде увечья, гибели.

Причинная связь между жестоким обращением и последствиям в виде гибели или увечья животного является обязательным признаком преступления. Например, если животному намерено причинены физические страдания и оно остается в живых, а видимые телесные повреждения отсутствуют, то к такому субъекту не может быть применена уголовная ответственность.

Субъективная сторона преступления — прямой умысел. Виновный осознает, что жестоко обращается с животным, предвидит возможность гибели животного или причинения ему увечья и желает этого.

Обязательный признак преступления — мотив. Он может быть хулиганский или корыстный.

Таким образом, уголовная ответственность наступает только при наличии в совокупности:

1) последствий — гибели животного или увечья;

2) прямого умысла (только при наличии мотива — хулиганского или корыстного);

3) способа совершения.

Соответственно, в настоящее время, квалифицировать некоторые деяние как уголовно наказуемые представляется невозможным.

Субъектом преступления является вменяемое физическое лицо, достигшее 16-летнего возраста [3 c. 488].

Вместе с тем необходимо обратить внимание на то, что согласно статистическим данным более чем в 40 % случаев субъектами таких преступлений являются лица в возрасте от 14 до 17 лет.

В связи с этим, по моему мнению, законодателю необходимо рассмотреть вопрос о снижении возраста, с которого наступает уголовная ответственность за данное преступление до 14 лет.

С точки зрения детской психологии нормально развивающийся ребенок задолго до 14 летнего возраста должен понимать, что нельзя причинять боль живому существу. По мнению детского психолога С. Меркуловой, ребенок уже в 5-летнем возрасте осознает, что собака или кошка живые и испытывают боль [5].

Второй сложностью правоприменения в данной сфере является тот факт, что животные, в соответствие со ст. 137 ГК РФ отнесены к имуществу, при обращении с которым граждане должны придерживаться принципа гуманности [6 c. 75].

Именно в этой законодательной детализации животных как вещи, объекта неодушевленного, и кроется начальная точка существующей проблемы в отношении предотвращения и наказания за жестокое обращение с животными [7 c. 119]. Согласно смысла закона под определение преступления, предусмотренного ст.

254 УК РФ подпадает только умерщвление животного с соблюдением определенных условий (садистских методов, при отсутствии малолетних, из хулиганских побуждений). Однако, если деяние совершено при отсутствии указанных признаков, и отсутствии хулиганских или корыстных побуждений, то его квалификация по анализируемой статье невозможна.

В этом случае деяние, повлекшее гибель или увечье животного, принадлежащего физическому или юридическому лицу, без признаков, указанных в ст. 245 УК РФ, образует состав преступления, предусмотренного ст. 167 УК РФ [3 c. 488].

Например, если смерть домашнего животного наступила от простого отравления, то действия виновного можно квалифицировать как умышленное уничтожение чужого имущества по ст. 167 УК РФ при наличии ущерба в сумме не менее двух с половиной тысяч рублей согласно прим. 2 к ст. 158 УК РФ, с учетом имущественного положения потерпевшего [8].

Кроме того, в виду того, что в последнее время идет тенденция роста жестокого обращения с животными с применением самых изощренных методов, а лицам, совершившим данное деяния, назначается самый мягкий вид наказания — штраф.

В некоторых случаях, как показывает судебная практика, и вовсе уголовные дела прекращаются вследствие деятельного раскаяния. Таким образом, преступники избегают наказания за совершенное деяние, увеличивая тем самым степень общественной опасности рассматриваемого преступления.

Решить эту проблему можно путем увеличения сроков наказания и перевода данного преступления в категорию преступлений средней тяжести.

Анализ правоприменительной практики, мнений специалистов разрабатывающих эту проблему, позволяет сделать следующие предложения по совершенствованию уголовного закона:

‒ снизить возраст уголовной ответственности за жестокое обращение с животными с 16 до 14 лет;

‒ увеличить максимальное наказание за данное преступление до 4 лет лишения свободы, чтобы перевести преступление в категорию преступлений средней тяжести;

‒ законодательно разрешить противоречие, которое относит животных к категории имущества, введя дополнительную категорию «животные», определив правовые границы возможности обращения с живыми существами.

Представляется, что реализация указанных предложений будет способствовать эффективной борьбе с преступлениями в данной сфере и повысит уровень гуманного отношения к животным в обществе.

Литература:

  1. Иксатова С. Т. Привлечение к уголовной ответственности за жестокое обращение с животными. Вестник ЧитГУ № 7 (64) 2010.
  2. Уголовный кодекс Российской Федерации. //ConsultantPlus
  3. Уголовное право. Под ред. Л. В. Иногамовой-Хегай. М. 2008
  4. Словарь синонимов. [Электронный ресурс] — http://synonymonline.ru/У/увечье
  5. Интервью с Меркуловой С. [Электронный ресурс] — http://www.aif.ru/ health/children/mama_kupi_sobachku_v_kakom_vozraste_mozhno_zavodit_domashnego_pitomca
  6. Гражданский Кодекс Российской Федерации. Москва: Проспект, КноРус. 2015.
  7. Сычёва А. В. Проблематика привлечения к ответственности за преступления в сфере жестокого обращения с животными. Юридические науки. — 2015. — Т. 1 (67). № 3.
  8. Ивановская Н. В. Жестокое обращение с животными: проблемы квалификации преступного деяния. Материалы VIII Международной студенческой электронной научной конференции. [Электронный ресурс] — https://www.scienceforum.ru/2016/1722/18947

Основные термины(генерируются автоматически): жестокое обращение, животное, Российская Федерация, УК РФ, преступление, защита животных, уголовная ответственность, категория преступлений, общественная опасность, последнее время.

Источник: https://moluch.ru/archive/139/39008/

Статья 159. Мошенничество

По какой статья УК можно квалифицировать данное деяние?

Новая редакция Ст. 159 УК РФ

1. Мошенничество, то есть хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием, –

наказывается штрафом в размере до ста двадцати тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до одного года, либо обязательными работами на срок до трехсот шестидесяти часов, либо исправительными работами на срок до одного года, либо ограничением свободы на срок до двух лет, либо принудительными работами на срок до двух лет, либо арестом на срок до четырех месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет.

2. Мошенничество, совершенное группой лиц по предварительному сговору, а равно с причинением значительного ущерба гражданину, –

наказывается штрафом в размере до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до двух лет, либо обязательными работами на срок до четырехсот восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок до двух лет, либо принудительными работами на срок до пяти лет с ограничением свободы на срок до одного года или без такового, либо лишением свободы на срок до пяти лет с ограничением свободы на срок до одного года или без такового.

3. Мошенничество, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, а равно в крупном размере, –

наказывается штрафом в размере от ста тысяч до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до трех лет, либо принудительными работами на срок до пяти лет с ограничением свободы на срок до двух лет или без такового, либо лишением свободы на срок до шести лет со штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев либо без такового и с ограничением свободы на срок до полутора лет либо без такового.

4. Мошенничество, совершенное организованной группой либо в особо крупном размере или повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение, –

наказывается лишением свободы на срок до десяти лет со штрафом в размере до одного миллиона рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех лет либо без такового и с ограничением свободы на срок до двух лет либо без такового.

5. Мошенничество, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, если это деяние повлекло причинение значительного ущерба, –

наказывается штрафом в размере до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до двух лет, либо обязательными работами на срок до четырехсот восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок до двух лет, либо принудительными работами на срок до пяти лет с ограничением свободы на срок до одного года или без такового, либо лишением свободы на срок до пяти лет с ограничением свободы на срок до одного года или без такового.

6. Деяние, предусмотренное частью пятой настоящей статьи, совершенное в крупном размере, –

наказывается штрафом в размере от ста тысяч до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до трех лет, либо принудительными работами на срок до пяти лет с ограничением свободы на срок до двух лет или без такового, либо лишением свободы на срок до шести лет со штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев либо без такового и с ограничением свободы на срок до полутора лет либо без такового.

7. Деяние, предусмотренное частью пятой настоящей статьи, совершенное в особо крупном размере, –

наказывается лишением свободы на срок до десяти лет со штрафом в размере до одного миллиона рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех лет либо без такового и с ограничением свободы на срок до двух лет либо без такового.

Примечания.

1. Значительным ущербом в части пятой настоящей статьи признается ущерб в сумме, составляющей не менее десяти тысяч рублей.

2. Крупным размером в части шестой настоящей статьи признается стоимость имущества, превышающая три миллиона рублей.

3. Особо крупным размером в части седьмой настоящей статьи признается стоимость имущества, превышающая двенадцать миллионов рублей.

4. Действие частей пятой – седьмой настоящей статьи распространяется на случаи преднамеренного неисполнения договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, когда сторонами договора являются индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации.

Источник: http://ukodeksrf.ru/ch-2/rzd-8/gl-21/st-159-uk-rf

Некоторые вопросы применения уголовного закона, в части квалификации деяний по признаку группой лиц, группой лиц по предварительному сговору и организованной группой

По какой статья УК можно квалифицировать данное деяние?

Известная поговорка гласит – «два юриста – три мнения». На основании наших мнений – порой правильных, порой нет – и формируется судебная практика. Хочу поделиться своими соображениями и опытом по вопросам применения некоторых норм уголовного права. Приведённая ниже статья предназначена, в основном, для стажеров и начинающих адвокатов.

Большинство молодых адвокатов начинают свою деятельность с осуществления защиты по уголовным делам, как правило, по назначению. Защищая своих доверителей, молодой специалист непременно сталкивается с ситуациями, когда для правильного применения норм права необходимо с кем-то посоветоваться, узнать мнения коллег.

Легче тем, кто осуществляет свою деятельность в большом коллективе, имеет доступ к различным информационным системам. Сложнее, когда молодой специалист начинает в небольшом коллективе, либо в адвокатском кабинете. Во втором случае, повышать уровень своих знаний (что, в соответствии с нашим федеральным законом, является не только правом, но и обязанностью адвоката) приходится самостоятельно.

Несмотря на растущую конкуренцию между адвокатами, прежде всего мы единое целое – независимая корпорация юристов. И чтобы оставаться сильной и независимой организацией – мы должны поддерживать определённый уровень квалификации своих членов. Обмен опытом является в данном случае одним из способов повышения квалификации.

В данной связи, нельзя не отметить целенаправленную и поступательную работу Адвокатской палаты Ставропольского края и лично президента АП СК Руденко Ольги Борисовны в создании возможности для адвокатов нашей палаты повышать свою квалификацию.

Помимо введения института обязательного курса повышения квалификации для молодых и недавно принятых адвокатов, Палатой организуются и проводятся семинары и практические конференции по актуальным вопросам и проблемам применения различных отраслей права. В работе семинаров могут принимать участие все желающие.

На данных форумах есть возможность прямого общения с ведущими российскими учеными-юристами, мнения которых учитываются, в том числе, в процессе принятия законов и иных нормативных актов.

Также, есть возможность общения с ведущими представителями других отраслей научной деятельности (в том числе прикладных наук), информация которых о современных возможностях и достижениях науки в области проведения судебных экспертиз может оказать неоценимую помощь в защите прав граждан. Сам я неоднократно был участником подобных семинаров, проводимых при участии нашей адвокатской палаты.

Не без интереса и практической пользы для последующей работы слушал лекции таких известных юристов, как: кандидат юридических наук, профессор Пашин Сергей Анатольевич; доктор юридических наук, профессор Красиков Юрий Николаевич; доктор юридических наук, профессор Эрделевский Александр Маркович и др.

Атмосфера творчества и профессионализма, царящая на таких мероприятиях, даёт мощный заряд энергии для продолжения нашей непростой, не всегда адекватно оцениваемой, но сложной и интересной работы. Конечно, участие в таких мероприятиях требует финансовых затрат. Однако, специфика нашей профессии такова, что любые средства, вложенные в повышение квалификации, повышают и нашу стоимость как специалистов, что непременно сказывается нашей востребованностью. Поэтому, я советую молодым (да и не только молодым) коллегам принимать, по возможности, участие в подобных мероприятиях. Информация о сроках, месте и условиях проведения семинаров и практических конференций рассылается органами адвокатской палаты во все адвокатские образования и печатается в нашем «Вестнике».

Нижеследующий материал призван помочь более молодым коллегам в понимании некоторых моментов применения отдельных норм уголовного закона, и может быть полезен начинающим адвокатам ещё и потому, что все примеры судебной практики, использованные в этой статье, взяты мною не с «потолка», а из собственного адвокатского опыта. Полагаю, информация, содержащаяся в статье, не будет бесполезна и для более опытных коллег.

Адвокат АК №1 по г. Невинномысску Ставропольской краевой коллегии адвокатов, член Совета АП СК Трубецкой Н.А.

«Некоторые вопросы применения уголовного закона, в части квалификации деяний по признаку группой лиц, группой лиц по предварительному сговору и организованной группой».

Каждый адвокат, практикующий по уголовным делам, неизменно сталкивается при защите интересов доверителей с квалификацией обвинения по признакам «группой лиц» и «группой лиц по предварительному сговору».

Как правило, квалифицирующий признак «группой лиц по предварительному сговору» является признаком, переводящим деяние в разряд более тяжких по той или иной статье уголовного кодекса.

Соответственно, правильность применения уголовного закона, в этой части, имеет для наших доверителей решающее значение при назначении: вида и размера наказания, вида исправительного учреждения; при освобождении от уголовной ответственности (к примеру, в связи с примирением с потерпевшим) и наказания (например, минимальный размер реально отбытого наказания для получения возможности условно-досрочного освобождения зависит от степени тяжести деяния, за совершение которого лицо отбывает наказание).

Несмотря на, казалось бы, очевидность юридической разницы между квалифицирующими признаками «группой лиц» и «группой лиц по предварительному сговору», правоприменительная практика их фактически отождествляет. Любое деяние, в совершении которого участвовало два и более субъекта, изначально попадает в разряд совершенных «группой лиц по предварительному сговору», если одна из частей статьи уголовного кодекса, по которой обвиняется гражданин, содержит данный признак. Связано это не только с низким уровнем знаний правоприменителей и их запредельной загруженностью, но и с узковедомственным бюрократическим пониманием борьбы с преступностью (статистика раскрываемости преступлений по степени тяжести). Всвязи со «статистической необходимостью», в последнее время участились случаи необоснованной квалификации и по признаку «организованной группой», о которой также пойдёт речь в данной статье.

ГРУППА ЛИЦ ПО ПРЕДВАРИТЕЛЬНОМУ СГОВОРУ

В соответствии с ч. 2 ст.35 УК РФ, преступление признаётся совершённым группой лиц по предварительному сговору, если в его совершении участвовали два или более исполнителя, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления. Соисполнительство без предварительного сговора (группа лиц, ч.1 ст.

35 УК РФ) является малораспространённой формой соучастия. Как правило, совершение преступления «группой лиц» не является квалифицирующим признаком состава преступления. Другое дело – «группа лиц по предварительному сговору».

Нельзя не заметить, что в определении «группа лиц по предварительному сговору» содержится два отдельных признака: совершение преступления «группой лиц» и совершение преступления по «предварительному сговору».

Соответственно, для квалификации деяния как совершённого «группой лиц по предварительному сговору» недостаточно наличия лишь одного из этих признаков. Они должны присутствовать в идеальной совокупности. Только в этом случае подобную квалификацию следует признать правильной.

По смыслу уголовного закона – предварительный сговор – соглашение (в любой форме) между будущими соучастниками преступления, достигнутое ими в любое время (до совершения деяния), о месте, времени, способе совершения преступления.

Поскольку предварительный сговор является обязательным признаком состава преступления (при данной квалификации деяния), то – его наличие или отсутствие входит в предмет доказывания (ст.73 ч.1 п.1 УПК РФ) и должно подтверждаться необходимой совокупностью допустимых (ст.

75 УПК РФ) доказательств, на основе которых суд, следователь, прокурор устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу. Исчерпывающий перечень таких доказательств установлен ст. 74 УПК РФ (показания подозреваемого, обвиняемого, показания свидетелей, потерпевшего, письменные и вещественные доказательства и др.). Соответственно, простой констатации наличия согласованных действий соучастников, при отсутствии допустимых доказательств – недостаточно. Для примера можно предложить такую ситуацию:

ищущие «приключений» молодые люди А. и Л. заметили на улице прохожего, разговаривающего по сотовому телефону. В одной руке у прохожего был большой пакет, другой рукой он держал телефон, локтем этой же руки непрочно прижимая к телу сумку – «барсетку». А.

подбежал к прохожему, ударил по сумке, отчего потерпевший её выронил, а Л., увидев это, поднял сумку с земли. Затем оба убежали вместе с похищенной сумкой. При допросах, в качестве подозреваемых и обвиняемых, оба воспользовались ст.51 Конституции РФ.

Из показаний потерпевшего следует лишь то, что грабителей было двое, и они действовали сообща.

Доказательств наличия предварительного сговора между соучастниками, при подобных обстоятельствах, нет. Однако, такие деяния органы расследования непременно квалифицируют как совершенные «группой лиц по предварительному сговору» по п. «а» ч.2 ст.161 УК РФ. Мотивируется это, как правило, количеством участников и согласованностью их действий.

По мнению автора, такая позиция ошибочна. Количество участников – объективный показатель, подтверждающий наличие признака «группы лиц» (т.е. количество соисполнителей). Согласованность действий, при отсутствии допустимых доказательств «предварительного сговора», подтверждает лишь совместное (а не каждым по отдельности) совершение деяния соучастниками (т.е. «группа лиц», ч.1 ст.

35 УК РФ). Это является обстоятельством, отягчающим индивидуальную ответственность каждого за совершение преступления (ст.63 ч.1 п. «в» УК РФ), а посему, тоже входит в предмет доказывания (п.6 ч.1 ст.73 УПК РФ), но не образует состава преступления по признаку «группой лиц по предварительному сговору».

Соответственно, квалифицировать действия каждого из соисполнителей (по вышеуказанному примеру), следует по ч.1 ст. 161 УК РФ. На наличие предварительного сговора, кроме показаний обвиняемых (подозреваемых), свидетелей, могут указывать надлежащим образом оформленные доказательства (ст.

74 УПК РФ) совместной подготовки к совершению преступления (подготовка оружия, маскировочных приспособлений, подготовка транспорта для перевозки похищенного и т.д.).

Если же допустимых доказательств наличия предварительного сговора нет, а имеются лишь признаки «группы лиц», адвокат должен ставить вопрос об исключении признака «группой лиц по предварительному сговору» из обвинения и (при отсутствии других квалифицирующих признаков соответствующей части статьи) переквалификации обвинения на менее тяжкую часть соответствующей статьи.

Рассмотрим второй признак – совершение преступление «группой лиц». Группа лиц – форма соучастия в совершении преступления, когда оно совершается двумя и более исполнителями, т.е.

подлежащими уголовной ответственности по предъявленному обвинению субъектами (вменяемыми, достигшими возраста уголовной ответственности, отвечающими другим необходимым признакам субъекта конкретного преступления ((группу лиц по должностным преступлениям, например, могут образовывать только два и более должностных лиц))), каждый из которых непосредственно исполняет объективную сторону состава преступления. Понимание этого особенно важно при группе из 2 человек. Если один из двух соучастников (два из трёх) не исполнял объективную сторону деяния, а способствовал совершению преступления иным способом (в форме пособничества, подстрекательства, организации), то признак «группа лиц» отсутствует. Соответственно, «предварительный сговор на совершение преступления» имеет юридическое значение (влияет на квалификацию деяния) только в случае наличия двух и более соисполнителей (а не любых соучастников). В соответствии с уголовным законом, не требуется дополнительной квалификации по ст.33 УК РФ всем членам устойчивой группы соучастников (а не только соисполнителей) лишь при совершении преступления организованной группой либо преступным сообществом (ч.ч.3,4 ст. 35 УК РФ), ибо все постоянные члены (данное правило не распространяется на лиц, не входящих в организованную группу, но способствовавших совершению преступления организованной группой) устойчивой организованной группы несут ответственность как исполнители независимо от фактического соучастия и ссылка на ст. 33 УК РФ для квалификации действий, например, организатора, который не исполнял объективную сторону состава преступления, не требуется. В соответствии же с ч.ч.1, 2 ст.35 УК РФ, преступление признаётся совершённым группой лиц или группой лиц по предварительному сговору, если в его совершении участвовали два или более соисполнителя. Таким образом, проверяя правильность применения уголовного закона по признаку «группа лиц по предварительному сговору», адвокат должен обратить внимание на наличие в деянии именно соисполнительства, т.е. непосредственного участия всех соучастников в выполнении объективной стороны преступления, поскольку, как указано выше, само по себе наличие предварительного сговора между двумя соучастниками, один из которых не выполняет объективную сторону (не является исполнителем) не является основанием для квалификации деяния по признаку «группой лиц по предварительному сговору». В таком случае, даже при наличии предварительного сговора, тот соучастник, который непосредственно не участвовал в совершении преступления, отвечает за пособничество, подстрекательство либо организацию преступления, с применением соответствующей части ст.33 УК РФ, а исполнитель – без ссылки на ст.33 УК РФ, но оба по менее тяжкой части статьи УК РФ (при отсутствии других квалифицирующих признаков), не предусматривающей признак «группа лиц по предварительному сговору».

Простым примером такой ситуации является следующая:

А., договорился с С., что окажет ему помощь в сбыте краденного цветного металла без надлежащего оформления, т.к. его (А.) брат работает в пункте приема металла. На следующий день А. и С. приехали на принадлежавшем С. легковом автомобиле на территорию садового общества. А. остался в машине, а С.

зашёл за огороженную территорию садового участка, принадлежащего потерпевшему, и путём свободного доступа похитил там ряд предметов из цветного металла на сумму 2400 рублей. После этого, А. и С. вместе с похищенным им имуществом прибыли к пункту приёма цветного металла, А. оформил сдачу-приём металла на несуществующее лицо, получил деньги, отдал С.

половину причитавшихся тому денег за сданный металл, другую половину оставив себе.

Источник: http://www.palatask.ru/article-all/trubetskoy/previous-concert.html

Адвокат Сорокин
Добавить комментарий